Рубрики
Судебная практика

Стороны не вправе ссылаться на незаключенность договора, если существенное его условие ими фактически исполнено

Syda_Productions / Depositphotos.com

В Обзоре судебной практики № 3 Верховный Суд Российской Федерации дал разъяснение по спору, возникшему из договорных отношений, а именно, по иску о признании договора подряда незаключенным при наличии признаков заключенного такого договора.

Гражданин обратился в суд с иском к обществу, указав, что между ними был заключен договор подряда на выполнение работ по ремонту и реконструкции здания школы, работы выполнены в полном объеме, без замечаний, а поскольку работа не была оплачена, истец просил взыскать с ответчика оплату по договору подряда, компенсацию морального вреда и судебные расходы. 

Общество иск не признало, и подало встречные исковые требования о признании договора подряда незаключенным, ссылаясь на то, что существенные условия договора не были согласованы, и договор не исполнялся. К участию в деле были привлечены третьи лица без своих требований (школа и две строительные компании).

Суд первой инстанции отказал в иске гражданину и удовлетворил встречный иск ответчика по делу. В обоснование принятого решения суд указал, что договор подряда не может быть признан заключенным, поскольку соглашение сторон спора о видах и объеме работ, подлежащих выполнению в рамках данного договора, то есть о предмете договора, достигнуто не было, смета не составлялась, а фактов сдачи результата работ и их принятия лицом, для которого они были выполнены, не установлено.

Суд также сослался на то, что обществом (ответчиком) представлены договоры подряда на выполнение спорных работ по реконструкции школы, заключенные с другими организациями с приложением технических заданий, актов, счетов-фактур, бухгалтерских справок, платежных поручений. Суд апелляционной инстанции согласился с принятым решением.

Однако Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ признала указанные выводы судов необоснованными и указала, что в силу п. 3 ст. 432 Гражданского кодекса сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности. Например, если работы выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде и между ними возникают соответствующие обязательства (п. 6 постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

 Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Кроме того, коллегия отметила, что незаключенность договора подряда не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ, имеющих для последнего потребительскую ценность. В случае если результат выполненных работ находится у заказчика, у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ, и результатом работ он может воспользоваться, то незаключенность договора подряда не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ.

ВС РФ обратил внимание на то, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о невыполнении истцом работ по договору подряда, о чем свидетельствуют отсутствие актов приема-передачи выполненных работ и утверждения ответчика о выполнении работ другими организациями ошибочны, поскольку акты выполненных работ не являются единственным средством доказывания соответствующих обстоятельств. Законом не предусмотрено, что факт выполнения работ подрядчиком может доказываться только актами выполненных работ (ст. 60 ГПК РФ).

Что касается доводов ответчика о выполнении работ другими лицами (строительными компаниями), истец ссылался на то обстоятельство, что договоры строительного подряда заключены ответчиком со строительными компаниями уже после начала им ремонтных работ, и они заключены на иные виды работ, которые истец не выполнял, за исключением работ по заливке стяжки полов.

Судебная коллегия посчитала, что в нарушение ст. 67, ст. 198 ГПК РФ суд первой инстанции не создал условий для выяснения обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, в связи с чем направила дело на новое апелляционное рассмотрение.

Источник

Рубрики
Судебная практика

КС РФ представил сборник правовых позиций по вопросам доказывания в гражданском и арбитражном судопроизводстве

AerialMike / Depositphotos.com

Недавно Конституционный Суд РФ представил целый ряд информационно-тематических собраний своих правовых позиций по широкому кругу тем, .подготовленных Секретариатом суда. Как отмечается на сайте КС РФ, при составлении данных подборок в качестве «правовых позиций Конституционного Суда» рассматривались «высказанные в его постановлениях и определениях аргументированные суждения и относительно содержания положений Конституции РФ, и относительно конституционного смысла положений нормативных правовых актов. Они имеют значение в деятельности самого Конституционного Суда как основания принимаемых им в дальнейшем решений. Также они являются ориентиром для нормотворческих органов и правоприменителей» (см. http://www.ksrf.ru/ru/Decision/Pages/ExtPos.aspx).

 Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Среди таких информационно-тематических подборок – собрание правовых позиций КС РФ по вопросам доказывания в гражданском и арбитражном судопроизводстве (по состоянию на июль 2020 года). В него вошли 16 определений и 1 постановление КС РФ, начиная с 2008 года. В частности, в собрание включены следующие правовые позиции:

  • запрет на допрос определённых лиц в качестве свидетелей не распространяется на должностных лиц организации, с которой заявитель состоит в трудовых отношениях, осуществивших в рамках таких отношений применительно к заявителю действия, правомерность которых оспаривается в суде;
  • доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из конституционного принципа подчинения судей только Конституции РФ и федеральному закону. Судья обязан разрешать гражданские дела только на основе Конституции, федеральных конституционных законов, федеральных законов и иных НПА. Гарантией соблюдения судом указанных требований являются установленные ГПК РФ процедуры проверки судебных решений судами вышестоящих инстанций и основания для отмены или изменения судебных решений;
  • подача лицом, участвующим в деле, ходатайства о вызове в суд свидетеля не предполагает обязанность суда, рассматривающего данное дело, во всех случаях удовлетворять такое заявление. Вопрос о вызове свидетеля разрешается судом в каждом конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств и сведений, которые он может сообщить суду;
  • запрет заявлять о подложности доказательств в судебном заседании суда апелляционной инстанции продиктован тем, что доказательство уже подверглось оценке в решении суда первой инстанции и теперь его уже нельзя исключить из материалов дела;
  • суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительным. Такое право обусловлено тем, что лишение суда данного полномочия приводило бы к невозможности выполнения стоящих перед ним задач по руководству процессом. С учетом сказанного назначение экспертизы также может быть осуществлено судом в отсутствие лиц, участвующих в деле, в том числе истца;
  • если ответчик признал иск, суд освобождается от необходимости обоснования решения, которым иск удовлетворяется, – он не устанавливает фактических обстоятельств, не исследует доказательства и не приводит иные данные, которые должны содержаться в мотивированном судебном акте. Это не исключает для лица возможность при предъявлении исковых требований о возмещении убытков представить арбитражному суду в соответствии с общими правилами доказывания доказательства, подтверждающие нарушение его прав и законных интересов ответчиком и обстоятельства, на которых основаны исковые требования.

К сведению: информационно-тематические собрания правовых позиций КС РФ по другим темам в системе ГАРАНТ можно найти, если в поиске по реквизитам выбрать Орган/Источник «Органы судебной власти РФ и СССРКонституционный Суд России (КС РФ)», а в строке Слова в названии указать «собрание правовых позиций».

Источник

Рубрики
Судебная практика

ВС РФ: квартира площадью 40 кв. м не является роскошным жильем для одного человека

alexmillos / Depositphotos.com

Еще в 2012 году Конституционный Суд Российской Федерации прямо указал, что федеральному законодателю необходимо внести изменения в нормы Гражданского процессуального кодекса об имущественном (исполнительском) иммунитете в отношении жилых помещений. Речь идет об установленном абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ запрете обращать взыскание по исполнительным документам на жилое помещение или его части в случае, когда оно является для гражданина-должника и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

КС РФ подчеркнул, что цель такого иммунитета заключается не в том, чтобы в любом случае сохранить за должником принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение, а в том, чтобы гарантировать этому лицу и членам его семьи уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования. Отсутствие же законодательно установленных ориентиров для определения уровня обеспеченности жильем как разумно достаточного может приводить к несоразмерному ограничению прав кредиторов в отношениях с должниками, а значит, нарушать баланс конституционно защищаемых интересов – недифференцированный подход к применению имущественного иммунитета в отношении единственного жилья должника не позволяет обратить на него взыскание, даже если его размеры значительно превышают средние показатели, а стоимость является достаточной для удовлетворения имущественных притязаний взыскателя без ущерба для существа конституционного права на жилище гражданина-должника и членов его семьи. В связи с этим КС РФ и считает необходимым установление пределов действия имущественного иммунитета, что позволит, с одной стороны, обеспечить возможность удовлетворения имущественных интересов кредитора в случае, когда жилое помещение, являющееся для должника и живущих с ним членов семьи единственным пригодным для проживания, по своим характеристикам явно превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности указанных лиц в жилище, а с другой – гарантировать должнику и членам его семьи сохранение жилищных условий, необходимых для нормального существования (Постановление Конституционного Суда РФ от 14 мая 2012 г. № 11-П).

Однако пока изменения, ограничивающие безусловный имущественный иммунитет, в ст. 446 ГПК РФ не внесены, и на практике довольно часто возникают споры между кредиторами и должниками в отношении единственных жилых помещений последних, которые доходят до Верховного Суда Российской Федерации. В недавно вынесенном решении по одному из таких споров Суд в очередной раз напомнил о невозможности применения по действующему законодательству дифференцированного подхода к запрету на обращение взыскания на единственное жилье должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 29 октября 2020 г. № 309-ЭС20-10004). Интересно, что, помимо этого, ВС РФ дал оценку размерам спорного жилого помещения, поэтому следует разобрать данное дело подробно.

 

Фабула дела

Гражданин С. (далее – должник, истец) в рамках ведущегося в отношении него производства по делу о банкротстве обратился в суд с заявлением о признании недействительными решений собрания его кредиторов, предусматривающих:

  • предоставление должнику в собственность одним из конкурсных кредиторов однокомнатной квартиры площадью 19,8 кв. м;
  • компенсацию стоимости передаваемого должнику жилого помещения (850 тыс. руб.) из средств, полученных в результате реализации конкурсной массы;
  • поручение финансовому управляющему заключения от имени и в интересах должника договора передачи жилого помещения конкурсным кредитором должнику в единоличную собственность в течение трех дней с момента принятия соответствующего решения.

То есть предполагалось на основании этих решений предоставить должнику небольшую однокомнатную квартиру в городе его проживания, а принадлежащее ему жилое помещение большего размера – 40,3 кв. м – продать и компенсировать из вырученных средств стоимость однушки предоставившему ее конкурсному кредитору, а остаток направить на удовлетворение требований кредиторов. Должник посчитал принятые решения, во-первых, выходящими за пределы компетенции собрания кредиторов, во-вторых, нарушающими его имущественные права, в связи с чем и подал иск.

 

Разные позиции судов

Суд первой инстанции, хотя и указал, что законодательство о банкротстве, закрепляя перечень вопросов, которые относятся к исключительной компетенции собрания кредиторов (п. 2 ст. 12 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), не запрещает последнему принимать иные необходимые для ведения процедуры банкротства и защиты прав кредиторов решения, встал на сторону истца. Подчеркнув, что площадь квартиры должника не превышает разумный размер обеспеченности граждан жильем, в деле отсутствуют документально подтвержденные сведения о величине рыночной стоимости и повышенном потребительском спросе на данное помещение, в связи с чем довод конкурсного кредитора о возможности погашения требований (даже в части) кредиторов за счет средств от его реализации представляется необоснованным, суд признал решения собрания кредиторов нарушающими имущественные права должника и потому недействительными (Определение Арбитражного суда Удмуртской республики от 26 ноября 2019 г. по делу № А71-16753/2017).

Конкурсный кредитор – тот, который намеревался предоставить должнику однокомнатную квартиру, – в жалобе на данный судебный акт указал, что, поскольку продажа жилого помещения должника является единственным способом достижения целей процедуры реализации имущества в рамках банкротства, должник не состоит в зарегистрированном браке, не имеет на иждивении детей и иных лиц и является единственным зарегистрированным лицом в помещении, площадь которого в три раза превышает установленную для города норму предоставления площади жилого помещения на одного человека по договору социального найма (40,3 против 13,3 кв. м), принятые собранием кредиторов решения направлены на обеспечение баланса между интересами кредиторов и правами должника без ущемления последних.

Апелляционный суд, основываясь на содержании уже упоминавшегося Постановления КС РФ от 14 мая 2012 г. № 11-П, посчитал, что предоставление кредиторами должнику взамен его единственного жилья иного жилого помещения, удовлетворяющего разумные потребности в жилище его самого и членов его семьи, в том же населенном пункте в рамках процедуры реализации имущества должника как раз и можно расценивать как сохранение для него жилищных условий, необходимых для нормального существования. А учитывая, что такая замена обеспечит поступление в конкурсную массу от 770 тыс. руб. до 1,43 млн руб. (здесь и далее cуммы округлены) – рыночная стоимость квартиры должника согласно отчетам об оценке, представленным должником и конкурсным кредитором, составляет 1,6 млн и 2,3 млн руб. соответственно, – это действительно позволит установить надлежащий баланс законных интересов кредиторов и должника, указал суд и отменил определение суда первой инстанции (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 января 2020 г. № 17АП-16461/18). Данное решение устояло в кассации: суд округа отметил, что в сложившихся условиях, когда должник не предпринимал никаких мер для погашения долгов, не раскрывал, являясь нигде не работающим официально, источники получения средств для обеспечения своих жизненных потребностей, а также место своего фактического проживания (в деле имеются сведения о том, что спорная квартира не использовалась должником в качестве жилой), не опроверг эти обстоятельства, которые и явились причиной принятия кредиторами оспариваемых решений, и не указал иных источников формирования конкурсной массы, замена квартиры и последующая продажа помещения с большей площадью позволила бы по крайней мере частично удовлетворить требования кредиторов, и тоже не усмотрел в этом ущемления прав должника (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 25 мая 2020 г. № Ф09-1499/20).

 

Позиция ВС РФ

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ также обратила внимание на то, что закон о банкротстве не запрещает собранию кредиторов решать вопросы, прямо не относящиеся к его компетенции, но подчеркнула при этом недопустимость принятия им решений, противоречащих требованиям законодательства и приводящих к нарушению прав должника. Кроме того, судьи напомнили, что КС РФ не признал абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ неконституционным во избежание возникновения практики произвольного определения правоприменителем критериев того, какой размер жилого помещения может считаться достаточным для обеспечения разумной потребности человека в жилище и, соответственно, на какое жилое помещение, являющееся для должника единственным, может быть обращено взыскание по исполнительным документам, чего в отношениях, характеризующихся высокой степенью социальной уязвимости, допустить нельзя, тем более что существующие в жилищной сфере нормативы, по мнению Суда, для таких расчетов использоваться не могут, так как имеют иное целевое назначение. Таким образом, КС РФ исключил возможность решения правоприменителем вопроса о предоставлении замещающего жилья до внесения в законодательство изменений, устанавливающих пределы применения имущественного иммунитета в случаях, когда характеристики жилого помещения должника явно превышают уровень, достаточный для удовлетворения его разумной потребности в жилище, указала коллегия ВС РФ.

Принятое кредиторами должника решение о предоставлении ему жилого помещения меньшей площади и стоимости взамен его квартиры с этой позицией КС РФ не согласуется, так как кредиторы фактически произвольно определили достаточный уровень обеспеченности должника жильем, подчеркнули судьи ВС РФ. При этом сами они, по сути, тоже дали оценку спорному помещению, отметив, что «имеющуюся у должника квартиру площадью 40 кв. м нельзя признать для него роскошным жильем, превышающим разумную потребность в жилище».

Неутешительным для кредиторов является и результат анализа ВС РФ их доводов о фактическом проживании должника по иному адресу и о предпринятых им действиях по переводу спорной квартиры в нежилой фонд для использования помещения в коммерческих целях. По мнению судей коллегии, наличие у гражданина возможности проживать по иному адресу не влияет по смыслу абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ на применение к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета, а принимаемые для смены назначения помещения меры не свидетельствуют о наличии у лица прав на иное жилье. 

На основании изложенного ВС РФ пришел к выводу о том, что оспариваемые решения собрания кредиторов противоречат действующему законодательству и нарушают права должника, и о правомерности решения суда первой инстанции о признании их недействительными, и на этом основании оставил этот судебный акт в силе, отменив решения судов апелляционной и кассационной инстанций. 

Источник

Рубрики
Судебная практика

ФНС России подготовлен обзор позиций высших судов по налоговым вопросам в III квартале 2020 года

JanPietruszka / Depositphotos.com

Налоговая служба подготовила Обзор правовых позиций (Письмо Федеральной налоговой службы от 16 октября 2020 г. № БВ-4-7/16990), отраженных в судебных актах КС РФ и ВС РФ, принятых в третьем квартале 2020 года по вопросам налогообложения

Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Всего в обзоре рассмотрены 8 решений по вопросам налогообложения КС РФ и ВС РФ. Приведены позиции высших судов как по вопросам налогового администрирования, так и по конкретным налогам, например:

  • с физического лица нельзя взыскивать налоговые недоимки по иску о возмещении вреда, причиненного публично-правовому образованию неуплатой налога, если эти недоимки в законном порядке признаны безнадежными к взысканию, что обусловлено поведением налоговых органов, притом что решение о списании таковых и невозможность их взыскания прямо не обусловлены противоправными действиями налогоплательщика (п. 1 Обзора);
  • само по себе даже необоснованное обращение налогоплательщика в налоговый орган с целью реализации права на имущественный налоговый вычет в связи с приобретением жилого помещения не может считаться представляющим достаточную для криминализации общественную опасность, поскольку предоставление вычета должно быть в такой ситуации исключено действиями сотрудников налогового органа, которыми принимается решение — по результатам камеральной налоговой проверки — о действительном размере налоговой обязанности лица за конкретный налоговый период (п. 2 Обзора);
  • то обстоятельство, что в силу предписаний Налогового кодекса органы, осуществляющие государственный кадастровый учет и государственную регистрацию прав на недвижимое имущество, обязаны сообщать в налоговые органы сведения о недвижимом имуществе, зарегистрированном в этих органах, не освобождает суд в случае возникновения спора от проверки правильности отнесения объектов налогообложения к тому или иному виду недвижимости (п. 7 Обзора).

Источник

Рубрики
Судебная практика

Неудачное»стирание» морщин ботоксом: а виноват ли врач?

AerialMike / Depositphotos.com

Для разрешения иска о возмещении вреда здоровью в результате ботулинотерапии суду необходимо выяснить, в результате чего причинен вред здоровью истца: в результате некачественно оказанной медицинской услуги или в результате действий самого истца после проведенной услуги.

На это указал Первый КСОЮ, отправляя дело на пересмотр, – ему не понравились ни отказное (для пациентки) решение суда первой инстанции, ни частичное удовлетворение иска апелляционным судом (Определение Первого КСОЮ от 2 сентября 2020 г. по делу № 8Г-15734/2020[88-19888/2020]).

С иском обратилась пациентка, которой оказали услугу по коррекции морщин препаратом «Релатокс».

Через год после «спорной» инъекции она обратилась в государственный научный центр дерматовенерологии и косметологии, где получила заключение по состоянию своего здоровья:

  • состояние после ботулинотерапии (птоз бровей, ассиметрия улыбки);
  • рекомендованы консультация невролога в центре междисциплинарной неврологии стоматологии, радиоволновой лифтинг, плазмалифтинг.

Рассерженная дама потребовала от косметологического центра вернуть стоимость «инъекции красоты», возместить убытки (стоимость нитевого лифтинга лба – не ходить же с птозом), моральный вред (сто тысяч рублей).

Суд первой инстанции отказал полностью, сославшись на заключение судебной медицинской экспертизы:

  • невозможно установить связь между дефектом оказания медпомощи (установлением наличия данного дефекта) и побочным действием ботулинотерапии из представленных на медицинское исследование документов;
  • действие ботулинического токсина в препарате «Релатокс» основано на временной блокировке передачи нервного импульса к мышце. Действие препарата длится индивидуально от 3-4 месяцев до года с дальнейшим восстановлением функции мышц. Специальной коррекции не требуется, если нет нарушения функции органов;
  • нарушения функции органов у истицы в представленных на исследование документах не указано,
  • последствия, на которые указывает истица, – птоз бровей и ассиметрия улыбки, – не свидетельствуют об их наступлении в результате некачественно оказанной ей услуги со стороны ответчика.

Суд апелляционной инстанции иск частично удовлетворил, руководствуясь следующим:

  • даме был введен препарат «Релатокс», хотя информированное добровольное согласие она подписывала на введение препарата «Ксеомин»;
  • следовательно, ей не была представлена полная и надлежащая информация о приобретаемых товарах и услуге;
  • значит, истице оказана некачественная услуга, а потому есть основания для удовлетворения исковых требований.

Кассационный суд – отменяя все и отправляя дело на пересмотр в областной суд, – указал вот на что:

  • судебной экспертизой установлено нависание бровей у истицы, а также ассиметрия улыбки,
  • это, действительно, явилось побочным действием от введения ботулотоксина,
  • однако оно может быть связано как с неправильно рассчитанным местом введения инъекции, в том числе без учета индивидуальной анатомии мышц, так и частыми процедурами ботулинотерапии, за счет чего теряется тонус мышц, так и с нарушением рекомендации после терапии в раннем периоде (нахождение в бане, занятие спортом),
  • то есть негативные последствия проведенных процедур могли возникнуть как в результате нарушения при оказании услуги, так и в результате нарушения рекомендации после процедур,
  • между тем, в нарушение норм Гражданского процессуального кодекса, суды так и не выяснили, в результате чего же причинен вред здоровью пациентки – в результате некачественно оказанной ответчиком услуги или в результате действий самой женщины после проведенной ей услуги.

Источник

Рубрики
Судебная практика

Муниципалитет обязан сформировать участок под МКД по обращению собственника в разумный срок

AndreyPopov / Depositphotos.com

Верховный Суд РФ признал незаконным отказ органа МСУ в формировании земельного участка под МКД по причине того, что муниципалитет не выделил денег на разработку проекта межевания в районе данного МКД (Определение Верховного Суда РФ от 30 сентября 2020 г. № 56-КАД20-1-К9).

Ранее собственник квартиры в этом доме обратился с соответствующим заявлением в администрацию города. Управление градостроительства и архитектуры ответило – мол, местным бюджетом предусмотрены бюджетные ассигнования на выполнение работ по подготовке документации по планировке территории для ряда улиц города. Но ваша улица, к сожалению, в их число не входит, а разработка проектной документации на территорию в районе вашего МКД в части разработки проекта межевания в указанный период не планируется.

Неравнодушный житель обратился в суд и потребовал признать отказ в формировании земельного участка незаконным и возложить на муниципалитет обязанность произвести спорное формирование.

Однако и районный, и областной суды, и Девятый КСОЮ в иске отказали:

  • Управление градостроительства и архитектуры исполняет свои обязанности на основании бюджетных ассигнований,
  • значит, при указанных обстоятельствах отказ в проведении работ по подготовке документации по планировке территории в целях образования испрашиваемого земельного участка не может рассматриваться как неправомерное бездействие органа публичной власти.

 Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

ВС РФ отменил все судебные постановления по делу, отметив следующее:

  • в силу ч. 13 ст. 39.20 Земельного кодекса особенности приобретения прав на земельный участок под МКД устанавливаются федеральными законами, а в силу ч. 2, ч. 3 и  ч. 5 ст. 16 Федеральный закон от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» процесс формирования земельного участка и проведения его кадастрового учёта является завершающей стадией перехода в общую долевую собственность собственников помещений в МКД земельного участка, на котором расположен этот дом;
  • следовательно, в случае обращения собственника помещения в МКД в уполномоченный орган с заявлением о формировании земельного участка, на котором расположен этот дом, формирование и проведение кадастрового учёта земельных участков осуществляются в разумный срок самими органами публичной власти, на которые возложена соответствующая функция;
  • отказывая заявителю, суды не учли, что он неоднократно обращался в уполномоченный орган с заявлением о формировании земельного участка, необходимого для дальнейшей эксплуатации МКД, в котором он проживает; его заявление (еще от 2017 г.) включено в Перечень обращений о формировании земельных участков под МКД для подготовки документации по планировке территории; однако, судя из отзыва муниципалитета, работы по формированию земельных участков в спорном районе с 2017 по 2019 год не планировались, не планируются эти работы и в ближайшей перспективе (2020, 2021 и 2022 годы),
  • следовательно, административный истец фактически лишён права сформировать испрашиваемый земельный участок в предполагаемый федеральным законодателем разумный срок;
  • а значит, отказ в формировании участка незаконен.

Источник

Рубрики
Судебная практика

КС РФ не принял жалобу на неконституционность нормы об объектах экспертных исследований

AerialMike / Depositphotos.com

Конституционный Суд Российской Федерации отказался принимать к рассмотрению жалобу на неконституционность ч. 1 ст. 10 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности в РФ. Указанная норма относит к объектам экспертных исследований не только доказательства, документы, предметы, животных, трупы и их части, но и материалы дела, по которому производится судебная экспертиза.

Именно по «материалам» – свидетельским показаниям – была проведена ситуационная экспертиза и в уголовном деле, по которому заявитель осужден по ст. 105 Уголовного кодекса: тела жертвы так и не нашли, однако ситуационная экспертиза сделала определенные выводы о причине смерти, которые были положены в основу приговора. При этом суд отдельно указал, что поскольку труп потерпевшей обнаружен не был, выводы экспертов, проводивших ситуационные судебно-медицинские экспертизы, обоснованно носят предположительный характер о причине смерти, чем не опровергаются выводы суда первой инстанции о виновности осужденного в содеянном, установленной на основе совокупности иных доказательств, правомерно признанных допустимыми и достоверными.

По мнению заявителя, спорная норма Закона об экспертной деятельности – поскольку допускает производство ситуационных судебно-медицинских экспертиз и формирование экспертных выводов (в том числе о причине смерти) по итогам исследования одних лишь свидетельских показаний без подтверждения их фактическими, объективными данными, а также позволяет суду основывать обвинительный приговор на заключениях таких экспертиз, – противоречит ст. 2 и ст. 49 Конституции Российской Федерации.

КС РФ не нашел оснований для принятия жалобы, так как спорная норма не регулирует вопросы доказывания по уголовному делу, включая правила оценки доказательств, и не может расцениваться как нарушающая права заявителя в указанном им аспекте.

Кроме того, КС РФ обратил внимание на следующее:

  • согласно п. «а» ч. 4 ст. 125 Конституции РФ (с учетом изменений по итогам летнего общероссийского голосования), КС РФ проверяет конституционность законов, примененных в конкретном деле, только если исчерпаны все другие внутригосударственные средства судебной защиты;
  • между тем, заявитель представил только решения судов первой и апелляционной инстанций, что не подтверждает исчерпания таких средств (Определение КС РФ от 29 сентября 2020 г. № 2047-О).

Таким образом, уже сейчас перед обращением в КС РФ необходимо пройти и кассационную инстанцию (некоторые надежды и сомнения по данному вопросу озвучивались юридическим сообществом в соцсетях). Более того, отказы в приеме жалоб по этому основанию носят уже массовый характер (см., например, определения КС РФ от 29 сентября 2020 г. № 1952-О, № 1958-О, № 1967-О, № 1968-О, № 1986-О, № 1989-О, № 2008-О, № 2015-О, № 2022-О, № 2023-О, № 2032-О, № 2042-О, № 2143-О, № 2158-О, № 2170-О, № 2181-О, № 2182-О, № 2268-О, № 2275-О, № 2336-О).

Источник

Рубрики
Судебная практика

Суд оценил правомерность увольнения вахтовика, выпившего в свой междусменный отдых

Mehaniq / Depositphotos.com

Седьмой КСОЮ разбирался в правомерности увольнения работника по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса – в связи с появлением на работе в состоянии алкогольного опьянения. Работник трудился вахтовым методом, в период вахты жил в общежитии работодателя. По условиям трудового договора работнику запрещалось употребление алкогольных напитков на территории работодателя, в локальных нормативных актах также было прописано, что работник не имеет права в междусменный отдых находиться в нетрезвом состоянии, употреблять алкогольные вещества (Определение Седьмого КСОЮ от 04 июня 2020 г. по делу № 8Г-7115/2020).

Тем не менее, в период вахты, после окончания рабочего дня работник был обнаружен в общежитии в состоянии алкогольного опьянения, что было зафиксировано работодателем. Сам работник в письменных объяснениях факт употребления алкоголя после рабочей смены не отрицал. За что в итоге и был уволен.

Суд первой инстанции исходил из доказанности факта нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения в период междусменного отдыха в общежитии на территории опасного производственного объекта, в связи с чем пришел к выводу о законности увольнения. Однако вышестоящие суды такую позицию не поддержали. Судьи отметили, что работник обязан исполнять свои трудовые обязанности в рабочее время, а вот время отдыха – это время, в течение которого работник свободен от исполнения трудовых обязанностей и которое он может использовать по своему усмотрению.

Междусменный отдых в период нахождения работника на вахте и проживания его на территории работодателя не относится к рабочему времени, в течение которого за появление в состоянии алкогольного опьянения работодатель вправе наложить на работника дисциплинарное взыскание в виде увольнения. Факт включения соответствующих положений в трудовой договор и локальные нормативные акты правового значения не имеет.

Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Отметим, что в судебной практике можно встретить и примеры разрешения аналогичных споров не в пользу работника (см. определение Иркутского облсуда от 12 июля 2012 г. № 33-5688/2012).

Источник

Рубрики
Судебная практика

Восстановят ли срок на кассационное обжалование, если суд не выслал в адрес истца – пенсионера-инвалида из удаленного региона копии судебных актов

AerialMike / Depositphotos.com

Верховный Суд Российской Федерации восстановил пропущенный на год срок кассационного обжалования, указав на совокупность уважительных причин для пропуска: низкие доходы истца, не позволяющие нанять адвоката, инвалидность, ряд тяжелых заболеваний, проживание на значительном удалении от места спора, а также ненаправление ему копий судебных постановлений (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28 сентября 2020 г. № 5-КГ20-71-К2).

Обстоятельства дела очень любопытны:

  • срок на обжалование пропущен по делу о возмещении вреда здоровью. По мнению истицы, больница (находится в Москве) оказала ей ненадлежащую медицинскую помощь, причем вследствие дефектов спорной медпомощи произошло ее заражение вирусом гепатита «С». Сама истица проживает в г. Армавир (Краснодарский край);
  • районный суд полностью отказал в иске решением от сентября 2017 года, Мосгорсуд оставил решение без изменения своим определением от февраля 2018 года;
  • кассационная жалоба вместе с просьбой о восстановлении срока поступила во Второй КСОЮ лишь в октябре 2019 года. Просьба была обоснована ссылками на обстоятельства, затруднившие подачу кассационной жалобы в установленный законом срок: истица является пенсионером с материальным положением, не позволяющим привлечь юриста для оказания ей квалифицированной помощи и представления ее интересов в суде; у нее имеется ряд тяжелых заболеваний, таких как сахарный диабет и гепатит «С», ей установлена инвалидность III группы; место ее жительства находится в значительном удалении от г. Москвы. В подтверждение доводов к жалобе были приложены выписка из амбулаторной карты истицы и справка об установлении ей инвалидности. Кроме того, истица упомянула о том, что ей судом не были направлены (как полагается) копии судебных постановлений по делу;
  • Второй КСОЮ решительно отказал в восстановлении срока и вернул жалобу без рассмотрения по существу, поскольку уважительные причины пропуска срока отсутствуют, обстоятельств, объективно препятствовавших истице реализовать свое право на обжалование судебных постановлений в кассационном порядке в установленный законом срок, не имелось, а из представленной выписки из амбулаторной карты не следует, что состояние ее здоровья препятствовало своевременному составлению кассационной жалобы и направлению жалобы по почте;
  • Судебная коллегия Второго КСОЮ в январе 2020 г. отказала в удовлетворении частной жалобы на отказ в восстановлении срока.

 Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Верховный Суд РФ, отменяя определения КСОЮ и восстанавливая срок для подачи жалобы в КСОЮ, указал на следующее:

  • апелляционным определением СК по гражданским делам Мосгорсуда от 26 февраля 2018 г. решение суда первой инстанции по спору оставлено без изменения. Копии судебных актов в адрес истицы судами не направлялись;
  • копии судебных постановлений судов первой и апелляционной инстанций получены истицей в канцелярии райсуда лишь 16 сентября 2019 г.;
  • в случае пропуска лицом срока подачи кассационной жалобы он может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин, перечень которых, содержащийся в ч. 6 ст.112 Гражданского процессуального кодекса, не является исчерпывающим. Уважительными причинами могут быть признаны не только обстоятельства, относящиеся к личности заявителя, такие как тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п., но и обстоятельства, объективно препятствовавшие лицу, добросовестно пользующемуся своими процессуальными правами, реализовать право на обжалование судебного постановления в установленный законом срок, в том числе наличие у гражданина реальной возможности своевременно подготовить кассационную жалобу;
  • оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного процессуального срока для обжалования судебных актов, суд обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд с кассационной жалобой;
  • ч. 5 ст. 378 ГПК РФ в редакции, действующей на момент вынесения обжалуемых судебных постановлений, было предусмотрено, что к кассационным жалобе, представлению прилагаются заверенные соответствующим судом копии судебных постановлений, принятых по делу. Судья Второго КСОЮ, сделавший вывод об отсутствии уважительных причин пропуска срока, не учел, что истице не направлялись и она не получала копии обжалуемых судебных постановлений, что препятствовало ей своевременно обратиться с кассационной жалобой в суд кассационной инстанции, а также не учел, что местом жительства истицы является г. Армавир Краснодарского края, что объективно затрудняло получение ею в столице необходимых для обжалования в кассационной порядке копий судебных постановлений;
  • отклоняя доводы истицы о наличии у нее тяжелых заболеваний, препятствующих ее своевременному обращению с кассационной жалобой, судья Второго КСОЮ указал на то, что состояние ее здоровья не препятствовало составлению кассационной жалобы и направлению ее по почте. Тем самым судьей фактически сделан вывод о характере, степени и последствиях имеющихся у истицы заболеваний и ее самочувствии, то есть вывод по вопросу, требующему специальных знаний в области медицины с точки зрения возможности осуществления ею процессуальных прав. Одновременно были проигнорированы имеющиеся в деле другие доказательства, круг исследования документов ограничен представленной выпиской из амбулаторной карты, что противоречит положениям ч. 6 ст.112 ГПК РФ и нормам ГПК РФ о доказательствах и доказывании;
  • между тем исходя из материалов дела истица является пенсионером, ей установлена инвалидность III группы, у нее имеются тяжелые заболевания (сахарный диабет, гепатит «С»), ей не направлялись судом копии принятых по делу судебных постановлений, а своевременному получению их самостоятельно в районном суде г. Москвы препятствовало удаленное место жительства истицы;
  • в связи с этим вывод судьи кассационной инстанции об отказе в восстановлении пропущенного процессуального срока для обращения с кассационной жалобой по причине отсутствия уважительных причин для пропуска указанного срока является неправомерным, поскольку обстоятельства непосредственно связаны с личностью истицы и объективно в силу ее состояния здоровья и места жительства затрудняли ей возможность подать кассационную жалобу в установленный законом срок;
  • определения судьи и СК по гражданским делам Второго КСОЮ приняты с существенными нарушениями норм процессуального права, без устранения которых невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя.

Источник

Рубрики
Судебная практика

КС РФ: принудительно госпитализированные в психиатрический стационар пациенты вправе инициировать проведение независимой судебно-психиатрической экспертизы

arsenisspyros / Depositphotos.com

КС РФ отказался принимать к рассмотрению жалобу на ряд положений Кодекс административного судопроизводства и Закон РФ от 2 июля 1992 г. № 3185-I «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» – спорные законоположения, говорилось в жалобе, допускают необоснованное задержание граждан на срок свыше 48 часов и позволяют суду произвольно, без учета всех фактических обстоятельств принимать решение о госпитализации граждан в недобровольном порядке: ведь гражданин, насильно помещенный в психстационар, освидетельствуется в течение 48 часов комиссией психиатров той медорганизации, где он и так уже находится, затем еще сутки нужны на передачу заключения этой комиссии в суд, который решит вопрос о дальнейшем пребывании лица в стационаре. Таким образом, пациенты помещаются в стационар до судебного заседания, находятся в нем в течение всего периода рассмотрения дела, подвергаются обязательному психиатрическому освидетельствованию, а также лечению без их согласия до решения суда по соответствующему делу (Определение Конституционного Суда РФ от 29 сентября 2020 г. № 2330-О).

 Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Отказывая в приеме жалобы, КС РФ отметил следующее:

  • указанные положения регулируют процедуру госпитализации в психиатрическое учреждение в недобровольном порядке тех граждан, которые признаны представляющими опасность для себя или окружающих,
  • с учетом правовой позиции, выраженной в Определении КС РФ от 5 марта 2009 г. № 544-О-П, эти нормы не могут рассматриваться как противоречащие требованиям Конституции РФ, поскольку не предполагают возможность принудительного удержания лица в психиатрическом стационаре свыше 48 часов без судебного решения;
  • при этом реагирование на психическое состояние лица и его поведение должно носить незамедлительный характер. Иное, как и отказ от госпитализации до судебного решения, ставило бы под угрозу права и законные интересы либо самого госпитализируемого, либо окружающих его лиц;
  • при этом Закон РФ от 2 июля 1992 г. № 3185-I «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» и КАС РФ предусматривают возможность судебного контроля за действиями психиатрического учреждения и врачей-психиатров в течение всего периода госпитализации лица, тем самым гарантируя таким лицам возможность защитить свои права в независимом органе судебной власти. Так, в случае госпитализации лица в недобровольном порядке его лечение применяется по решению комиссии врачей-психиатров, которое, равно как и иные действия медицинских работников, может быть обжаловано, в том числе в судебном порядке;
  • рассмотрение дел о принудительной госпитализации в психиатрическое учреждение осуществляется на основе принципов равенства всех перед законом и судом, состязательности и равноправия сторон (ст. 6 КАС РФ, а психиатрический стационар при обращении в суд обязан доказать наличие оснований для принудительной госпитализации лица (ч. 2 ст. 278 КАС РФ). Заключение врачей-психиатров психиатрического учреждения выступает в качестве одного из предусмотренных законом доказательств, которые оно обязано представить суду, и подлежит проверке по общим правилам исследования и оценки доказательств (ст 59, 60 и 61 КАС РФ);
  • при этом лицо, помещенное в стационар, и его представитель вправе оспаривать достоверность заключения психиатров, в том числе путем постановки перед судом вопроса о назначении судебно-психиатрической экспертизы (ст. 77 КАС РФ), проведение которой в случае ее назначения судом поручается эксперту (экспертам), не находящемуся в служебной или иной зависимости от психиатрического учреждения, представившего заключение.

Источник