Рубрики
Судебная практика

КС РФ объяснил, что понимается под умыслом организаций при рассмотрении дел об административных проступках

Elnur_ / Depositphotos.com

Формула умышленной вины организации в совершении административного проступка – как, минимум, проступка в сфере транспортной безопасности, – обязательно включает в себя установленный умышленный характер действий (бездействия) должностных лиц (работников) организации, ответственных за исполнение соответствующих требований (постановление Конституционного Суда РФ от 14 апреля 2020 г. № 17-П).

Такая правовая позиция была утверждена Конституционным Судом РФ в деле по оспариванию ряда положений КоАП РФ. Заявитель – морской порт – ранее был наказан по ст. 11.15.1 КоАП РФ (неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности): ее первые две части устанавливают для юридических лиц санкцию за неосторожное правонарушение, а третья (ее и вменили заявителю) – за умышленное.

При этом сам КоАП РФ разделяет формы вины на умысел и неосторожность исключительно для граждан, а для организаций вводит отдельную формулу вины – организация виновна, если имела возможность для соблюдения правил и норм, не приняла все зависящие от нее меры для их соблюдения. Именно поэтому еще пятнадцать лет назад Пленум ВАС РФ прямо установил – даже если наказание для юрлица ставится в зависимость от формы вины, устанавливать эту вину не надо, и выяснять – а предвидело ли лицо последствия, и как к ним относилось, – тоже не надо. Достаточно лишь установить наличие возможности для соблюдения закона и недостаточность мер по его соблюдению

Но в таком случае, справедливо рассудил морской порт, и невозможно, используя средства толкования закона, квалифицировать проступок в качестве умышленного.

 Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

А значит, и судейское усмотрение в таком случае граничит с произволом, что Конституция РФ не разрешает.

КС РФ, рассмотрев жалобу, пришел к следующему:

  • действительно, КоАП РФ не различает умысел юридического лица и его же неосторожность, а различает их только у граждан. Правда, данные понятия достаточно хорошо разработаны в правовой доктрине. Более того, с доктринальной точки зрения определения из КоАП РФ едва ли можно признать исчерпывающими, но само по себе это обстоятельство не свидетельствует о недостаточности норм кодекса;
  • при этом умысел и неосторожность гражданина, и даже совокупная виновность нескольких граждан нетождественны умыслу и неосторожности организации;
  • однако очевидно, что виновность юридического лица, так или иначе, является следствием виновности его должностных лиц (работников), которые привлекаются к административной ответственности по отдельным протоколам, в отдельных делах, независимо от своего работодателя;
  • да и конечная цель наказания организации – это воздействие на волю и сознание связанных с ним физических лиц, чтобы добиться от них законопослушания;
  • значит, вина юридического лица проявляется в виновном действии (бездействии) своих сотрудников, действующих от имени организации и допустивших правонарушение;
  • поэтому, – хотя и предполагается, что умысел юрлица проявляется в умысле его работника, – суду нет необходимости ни в установлении конкретных физических лиц, ответственных за исполнение юридическим лицом требований закона, ни в обязательном их привлечении к производству по делу об АП как «фактических нарушителей» с целью определить форму их вины;
  • при этом суд все же обязан, во-первых, выяснить и учесть все значимые для дела обстоятельства, а во-вторых, обосновать в постановлении по делу, почему правонарушение квалифицируется как совершенное умышленно;
  • а значит, привлечь организацию к ответственности за умышленный проступок можно только в тех случаях, когда установлены умышленный характер действий (бездействия) должностных лиц (работников), притом в условиях очевидности для них самих противоправности собственных действий (бездействия) и возникновения в связи с этим реальной угрозы транспортной безопасности;
  • если же из обстоятельств дела не усматривается умышленный характер действий (бездействия) сотрудников организации, но при этом имелась возможность для соблюдения соответствующих требований, а юридическим лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению (т.е. фактически транспортная безопасность оказалась не защищенной в полной мере от возможных угроз) – административная ответственность юридического лица может наступать только за неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности, совершенное по неосторожности,
  • что касается идеи о том, что организацию вообще нельзя привлекать к ответственности за умышленные проступки, раз КоАП РФ не содержит формул умысла и неосторожности организации, – то эта идея противоречит принципам законности, равенства и справедливости и вытекающему из них принципу неотвратимости юридической ответственности. Если требования закона не исполнены, исчерпывающие меры к этому не приняты, а возможность для их исполнения у организации была, то ответственность должна наступить.

В итоге спорные нормы КоАП РФ были признаны соответствующими Конституции РФ, однако лишь в том истолковании, которое дано Конституционным Судом РФ:

юридическое лицо подлежит привлечению к административной ответственности за неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности, совершенное умышленно, если:

административная ответственность юридического лица может наступать только за неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности, совершенное по неосторожности, если:

  • установлен умышленный характер действий (бездействия) должностных лиц (работников) юридического лица, ответственных за исполнение требований по обеспечению транспортной безопасности,
  • и этот вывод надлежащим образом мотивирован в постановлении по делу об административном правонарушении
  • умышленный характер действий (бездействия) должностных лиц (работников) юридического лица, ответственных за исполнение требований по обеспечению транспортной безопасности, из обстоятельств дела не усматривается,
  • и при этом имелась возможность для соблюдения соответствующих требований, но юридическим лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению

Отметим, что хотя Конституционный Суд РФ был крайне осторожен в формулировках, однако его рассуждения, представляется, могут быть использованы для определения формы вины и обоснования квалификации иных административных правонарушений, помимо предусмотренных «спорной» ст. 11.15.1 КоАП РФ.

 С учетом повышенного «стандарта доказывания» по этой категории дел можно ожидать усиления административной репрессии – раз уж все равно придется устанавливать умысел виновников, то логично «конвертировать» эти трудозатраты в показатели эффективности надзорной деятельности и завершать проверку сразу несколькими протоколами, а не одним – в адрес только юридического лица. Кроме того, – хотя преюдиция в делах об административных правонарушениях практически не применяется, – однако вступившие в силу постановления о наказаниях работников юрлица придадут дополнительный вес квалификации проступка организации как умышленного.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *